ДОМ НАПРОТИВ

Юрий РОМАШКОВ

Дом напротив

Роняет листья юный вяз –
Из них сентябрь ткёт полотна,
И дом напротив – черноглаз,
На хилый гвоздь забиты окна.

Забвенье – лучший приговор,
Для тех, кто мук святой избранник…
И оседлал кривой забор
С макушки жёлтый конопляник.

И мхом пленённый палисад
Своим гордится постоянством…
Природа всё берёт назад,
Что завоёвано крестьянством.

Не может быть таких цепей,
Что удержали бы улитку,
И вот, напыщенный репей
Стучится в чахлую калитку.

Растёт болота вечный стан,
Бросает тени хмель чубатый,
На крыше золотой бурьян,
Корнями душит тёс горбатый.

Уносит дождь тревожный прах,
И слышу я два долгих вздоха:
То в тонких рыжих желобах
Сама с собой ворчит эпоха.

В предместьях Красноярска

Туман в низинах неподвижен,
Стоит беззвучье за порогом.
Густой бумагой снег настрижен
В лесной глуши живущим богом,

Что пошалил под песню вьюги
Да в тучи ножницы закинул,
Заросших гор седые дуги
К реке остывшей передвинул…

Лесной божок так веселится…
Счастливой кажется беспечность –
Лишь человеку часто мнится,
Что он заглядывает в вечность,

Когда ползёт по острым скалам
С лихим упрямством муравьишки…
А вечер плавится металлом
На скорлупе кедровой шишки.

Кресло – качалка

Ослепший дождь с босой ноги сбивается,
Седой туман запрятав в рукаве.
Сентябрь юн, и воском наливается
На потерявшей молодость листве.

Но радость есть, дыханье перебившая –
Что жизнь вокруг не торопясь воскресла…
Скрипи и плач, владельца пережившее
До хрипоты продавленное кресло.

На ручках – лак под паутиной тления,
И дразнит мглу янтарная смола…
И вот уже, другое поколение
Тебя несёт в глухую часть угла,

Где дачный мир не знает многоцветия,
И хитрый кот скрывает рыбьи косточки…
Там поскрипишь ещё десятилетие,
Пока тоска не съест тебя до досточки…

И снег, и март

Летучий снег, о тайне беспокоясь,
Заносит след охрипшего авто,
Блестит слезой, вонзаясь в узкий пояс
И воротник девичьего пальто.

И чище мир – беспечный и покорный
В волшебный час мгновенной новизны.
Твои духи изменчивы и скромны,
На красный шарф по капле внесены,

Для сладких грёз из уваженья к моде…
А в тополях звучит небесный альт,
И поздний снег ложится на асфальт…
Мы влюблены у марта на исходе,

Но всё ещё не поняли друг друга,
Когда любовь в крови зажгла азарт…
— Вы опоздали, — говорит нам вьюга,
— Вы поспешили, — не согласен март.

Троллейбус №15

В простуженном небе гудят провода,
Под ними троллейбус натужно качнётся…
На толстой холстине оконного льда
Мне девушка пишет встающее солнце.

Я ей помогаю: по морю идёт
Испытанный бурей кораблик разлуки…
Она засмеётся, вздохнёт и замрёт –
Нечаянно встретятся тёплые руки.

И так же нечаянно в гаме людском,
В содружестве шуб и расшитых перчаток,
В проталинах окон за тонким стеклом,
Зима с горожан собирает задаток…

На долгие ночи, на дни впопыхах,
На песню снегов без конца и начала,
На то, чтобы счастье застыло в стихах,
И солнце на льду, что она рисовала,

Со мной до «конечки» горело в пути,
Покуда легенды становятся былью…
А ей – на другой остановке сойти,
Кружась в моей памяти снежною пылью.

***

Юрий Валерьевич Ромашков родился в Красноярске в 1988 году. Окончил Красноярский педагогический университет им. В.П. Астафьева. Более 14 лет проработал в Енисейском и Красноярском краеведческих музеях.

На сегодняшний день трудится в национальном центре В.П. Астафьева в с. Овсянка. Краеведческие исследования и стихи публиковались в журналах и сборниках: «День и Ночь», «Страна Дивногория», «Родословные родники истории», «Век подвижничества — IV». Автор книг по истории Енисейского краеведческого музея – «Летопись Енисейского краеведческого музея» (2018 г.) и очерков, посвященных ветеранам-фронтовикам Енисейска и Енисейского района Великой Отечественной войны «От Енисея до Берлина» (2025 г.). Автор поэтического сборника «Оттепели» (2025 г.) и «Длиннохвостая птица зима» (2025 г.).