КОГДА СМОТРЮ НА ФОТОГРАФИИ…

Ко Дню Победы
ВЗАИМОСВЯЗЬ ПОКОЛЕНИЙ. О ДЕДУШКЕ, ЧТО СТАЛ ДЛЯ МЕНЯ ЛЕГЕНДОЙ

В нашей семье хранится много старинных вещей, которые с раннего детства мне интересны. Это икона с Богородицей, чей лик под стеклом украшен цветами и лепестками из фольги, явно ручной работы. Это стопка пожелтевших писем, перевязанных старой тесьмой. Это медали в потёртой шкатулке с птицей-тройкой на крышке. Это фотографии мужчин и женщин, рассматривая которые, я нахожу едва уловимое сходство с собой. Понимала всегда, что эти вещи имеют отношение к нашему роду. Но вот судьбы моих предков не знала, пока не поговорила с папой, Виктором Ивановичем Рыбалко. И он рассказал мне про прадедушку, что воевал в Великую Отечественную войну и погиб в 1943 году. Вот, что удалось узнать про прадедушку Михаила Максимовича Болотина.

Жил он в Краснодарском крае, станице Павловской. Оттуда же, в самом начале войны, был призван на фронт. Город Ростов, где осенью 1941 года воевал прадедушка, захватили фашисты. Но нашим удалось отбить город контрнаступлением. В том жестоком сражении прадедушку ранило в плечо. Отлежал в госпитале, вылечился, вернулся на фронт. При боях за Краснодар его снова ранило – перебило кость на ноге. Долго и трудно срасталась кость, потом он опять возвратился на дорогу войны.

Перед войной моя прапрабабушка Марьяна благословила своего сына семейной иконой. И два года прадедушка, несмотря на ранения, выживал, спасался от смерти. Однажды, в 1943 году, ему удалось заскочить на побывку домой в родную станицу. Дома находились его жена и дочки. А мамы Марьяны в это время не было. Она потом очень плакала, сокрушалась, что не увидела дорогого сыночка и снова не благословила. Прадедушка в ту побывку играл на гармошке и пел одну из своих любимых казачьих песен.

Прадедушка Михаил Максимович Болотин был смертельно ранен на полях Украины в октябре 1943 года. Из госпиталя в городе Большой Токмак он письмом позвал свою жену Дарью. Она, когда приехала, не узнала его: так он похудел от болезни. Полтора месяца мучился от ран на больничной койке. Она ухаживала за ним. Перед смертью он попросил жену сварить ему борща. Тогда она пошла по местным жителям просить продуктов. Узнав о ее беде, кто морковки давал, кто свёклы, кто картошину, кто сало. Голодно тогда было, самим есть нечего. Но люди понимали, сочувствовали, плакали и делились последним. Прабабушка Даша сварила борщ, прадедушка смог съесть только ложку – так ослаб уже. Потом, после его смерти, этот борщ доедали другие раненые, что лежали вместе с ним в палате.

От прадедушки Михаила писем не осталось. Пожелтевшие конвертики, что у нас, это письма моей бабушки, его дочери. В письмах она вспоминает своего отца. Он любил пить травяной чай, размачивая в нём сухарики. Я однажды тоже так попробовала, но мне не понравилось. А еще мой папа, внук деда Михаила, оставил нам с сестрой Ниной семейную икону Богородицы. Не знаю, кому из нас она достанется. Мне пока страшно на неё смотреть, столько много ушедших в мир иной людей, моих родственников, к ней прикасались. Может быть, потом, когда вырасту, я осознаю. На старые фотографии смотрю с интересом, но без горести. Даже не верится, что молодые люди в старинных одеждах жили уже давно. На фото ведь они остались совсем юными. Другое дело фотографии маминых друзей, которые сейчас воюют на Донбассе и Украине. Их я лично знаю, поэтому жалею и вспоминаю с теплом. Но верю, что они не погибнут, как мой прадед Михаил Болотин, на полях Украины. Они воюют за мир и объединение, и за них молятся на небе те, кто сложил свои головы на другой праведной войне – Великой Отечественной.

Читайте также: