Б.Н. ТАРАСОВ НА РАДИО «ГОЛОС РОССИИ»

«Игра на повышение» в условиях культурной девальвации («Окно в Россию» )

ИНТЕРВЬЮ 

Б.Н. ТАРАСОВА радио «ГОЛОС РОССИИ» (28 мая 2013)
Литературный институт им. Горького — явление уникальное. Это не только единственный государственный вуз в России, где учат литературному мастерству, но и место, откуда берут начало многочисленные международные премии, конференции, литературные конкурсы и салоны, встречи с представителями российской словесности. Об этом удивительном учебном заведении «Голосу России» рассказал ректор Литературного института, писатель, литературовед Борис Тарасов.

1Чем выделяется Литературный институт на фоне других вузов культуры и искусства, где есть схожие факультеты?

Ещё в начале ХХ в. в писательской среде родилось сознание того, что художнику слова тоже нужна школа, как консерватория для музыкантов или академия для живописцев.

Литинститут изначально создавался как высшее учебное заведение, дающее возможность творчески одарённым молодым людям в соответствующей атмосфере и по специальным программам развивать свои литературные способности, осваивать многообразное отечественное и мировое культурное наследие, получать всестороннее интеллектуальное развитие, вырабатывать историческое самосознание и определять своё индивидуальное писательское и трудовое место в современном мире. И сегодня, и завтра, и послезавтра эти задачи будут оставаться актуальными, при естественных поправках на динамику быстробегущего времени и изменяющихся социальных обстоятельств. К основной творческой работе в семинарах поэзии, прозы, критики, очерка и публицистики, драматургии, детской литературы, на отделении художественного перевода добавляется, я бы сказал, даже не филологическая, а универсальная, университетская гуманитарная подготовка филологического профиля (отечественная и мировая история и литература, отечественная и мировая философия и эстетика, теория литературы и история критики, психология творчества, иностранные языки и страноведение, русский язык в его различных измерениях, включая язык художественной литературы и т.д.). Для адаптации выпускников к складывающейся конъюнктуре труда введены основы политологии, экономики и права, редакторского и издательского дела и т.п. Всё это позволяет им успешно трудиться не только в собственно литературной сфере или в издательствах, в журналах, газетах, на радио, на телевидении, но и, при небольшой корректировке, в администрациях (в том числе и президентской), в мэриях и даже банках и фирмах и т.п., где требуется писательское знание человеческой психологии, соответствующие гуманитарные знания, литературные, филологические или языковые навыки. Соединение творческого, фундаментального гуманитарного и, так сказать, прикладного образования и составляет неповторимую специфику обучения студентов в Литературном институте им. А.М. Горького.

2.  Борис Николаевич, Вы уже много лет занимаете пост ректора такого необычного вуза, как Литинститут. Каким Вам представляется будущее Литинститута?

Будущее Литинститута обусловлено плодотворным развитием в совершенно новых исторических обстоятельствах того прошлого и настоящего, которое определяется вышеобозначенной спецификой. Та творческая атмосфера и те программы, о которых шла речь выше, помогали одарённым студентам, несмотря на идеологические диктаты советской эпохи,  становиться истинными творцами художественной литературы. Достаточно вспомнить лишь некоторые имена выпускников Литинститута, очень разных по своим мировоззренческим и эстетическим принципам: С. Михалков, К. Симонов, Ю. Бондарев, Г. Бакланов, В. Солоухин, Н. Коржавин, В. Розов, Л. Зорин, К. Ваншенкин, Ф. Искандер, Ю. Трифонов, В. Белов, Н. Рубцов, Ю. Казаков, Р. Рождественский, Б. Ахмадулина, Е. Евтушенко, Р. Гамзатов, Ч. Айтматов, В. Астафьев, А. Вампилов… Можно долго перечислять имена знаменитых прозаиков, поэтов, драматургов, литературных критиков, мастеров художественного перевода – выпускников Литинститута, – чьи произведения вошли в классический фонд отечественной литературы ХХ века. Сейчас же важно отметить, отвечая на Ваш вопрос, что, несмотря на, так сказать, некоторую отодвинутость от мейстрима массовой культуры в результате новых и более жёстких диктатов рыночной идеологии и коммерческого успеха, творческий потенциал этого фонда, как и всей классической литературы и культуры в целом, должен по-новому раскрыться в новых исторических условиях. В эпоху господства массовых видов искусства, упрощающих мыслительный процесс, визуализации восприятия, клипового сериального сознания, торгового выдвижения на передний план наиболее читаемой литературы авторов детективных, приключенческих, любовных, женских, фэнтезийных и т.п. произведений происходит своеобразная девальвация, как говорили раньше, духовных оснований жизни, эстетического вкуса, интеллектуального постижения не только острых социальных проблем, но и неразрывно связанных с ними главных вопросов и смыслов человеческого бытия и т.д. Когда утилитаризм и гедонизм, формирующие атмосферу «цивилизованного мира», оказываются в нём самыми важными критериями, тогда «чувственное искусство» в литературе, живописи, музыке, театре становится всё более «актуальным», вульгарным и поверхностным, избегающим высокого и благородного начал в человеке. Оно нередко сосредотачивается на патологическом, демонстрируя склонность к иронии и карикатуре, попадая в тиски культа новизны и технической изощрённости, превращается в товар для развлечений, всё чаще контролируется влияниями моды и денежными интересами, тем самым глупеет, заходит в тупик и изживает себя. К тому же прикованность художника к прагматическим целям и к темам поверхностной социальности лишает художника духовного горизонта и исторического пространства, необходимых для целостного, более всеохватного и осмысленного видения мира.

В такой ситуации «игры на понижение» должна сохраняться спасительная «игра на повышение», ориентация на вершинные достижения отечественной и мировой культуры, живое и постоянное присутствие которых в сознании молодых литераторов позволяет сравнивать с ними их собственные художественные искания при обучении писательскому мастерству. В Литинституте всегда сосуществовали, как говорилось выше, преподаватели и студенты разных мировоззренческих пристрастий и эстетических направлений. И любое современное новаторство приветствуется, если оно не переходит в формальное трюкачество или откровенную пошлость, стремится сохранить «золотое сечение» органического равновесия между этическим и эстетическим, если новые формы естественно вбирают в себя глубокое смысловое содержание. Как писал Лев Толстой, все предметы поэзии (и искусства в целом) распределены по известной иерархии, и  смешение высшего с низшим или даже принятие низшего за высшее есть один из главных камней преткновения. У великих писателей, подчеркивает Толстой, приводя в пример Пушкина, эта «гармоническая правильность распределения предметов» доведена до совершенства. Сейчас, когда низшее не только смешивается с высшим, но и в массовой культуре агрессивно выступает по отношению к нему, понимание фундаментального значения «гармонической правильности распределения предметов» приобретает особую важность. Думается такому пониманию в числе прочих, не менее важных, задач и должен служить Литинститут, предназначенный к этому самой своей историей. Здесь, в особняке главного здания, в 1812 г. родился Герцен. И сейчас Литинститут нередко называют «Домом Герцена», который в «Мастере и Маргарите» М. Булгакова назван «Домом Грибоедова». В 40-е годы ХIХ в. в салоне Свербеевых проходили жаркие споры между славянофилами и западниками, приобретающие сегодня, уже в новых исторических условиях, ещё большую актуальность и остроту. Сюда приходили Гоголь, Белинский, Чаадаев, Грановский, Хомяков, братья Аксаковы, Боратынский, Щепкин, Погодин и другие деятели отечественной культуры. В начале ХХ века на территории института размещалось известное издательство братьев Гранат, выпустившее знаменитый «Энциклопедический словарь». В 20-х гг. минувшего столетия здесь работали Литературный музей, писательские организации и литобъединения, такие, как «Кузница» и «Федерация», МАПП (Московская ассоциация пролетарских писателей) и РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей), послужившие прообразом булгаковского МАССОЛИТа в «Мастере и Маргарите». Мандельштам в «Четвертой власти» упоминает чиновников от литературы: «… убежать, лишь бы не видеть эти двенадцать светлых иудиных окон на Тверской, не слышать, звон серебряников, счёт печатных листов»…Кстати, Мандельштам жил в писательском общежитии, располагавшемся в усадьбе «Дом Герцена», так же, как и Платонов (с 1931 по 1952 г.), Пастернак, Вс. Иванов, С. Клычков, С. Сергеев-Ценский и др. В залах института до его создания в 1933 г. выступали Блок, Есенин, Маяковский, Горький, Брюсов, Серафимович. Всё это культурно-историческое наследие, вместе с его уроками духовных и эстетических противоречий, идеологической и политической борьбы, а также упомянутым выше классическим фондом литературы ХХ века должны служить настоящему и будущему нашей культуры и нашего общества. Несколько лет назад Литинститут был включён по поручению Президента В.В. Путина в Федеральную адресную инвестиционную программу для реставрации комплекса его зданий и их приспособления под нужды современного учебного процесса. Выделено соответствующее финансирование. Сейчас завершается проектные изыскания и близится переход к основным работам. В одном из хозяйственных корпусов, где располагаются склады и гараж после реставрации будет функционировать новое учебное здание, куда будет переведено обучение студентов. Дополнительные учебные площади, освободив от нагрузки нынешний институтский комплекс зданий, позволят превратить этот всегда насыщенный жизнью литературы и искусства уголок Москвы в «живой мемориал», активно действующий культурный центр. Здесь планируется развернуть музейные экспозиции, хранить архивы писателей, организовывать творческие встречи и дискуссии, вести культурно-просветительскую работу с молодёжью и школьниками. Уже сейчас у нас создан культурно-образовательный центр для работы с детьми школьного возраста, проведено тринадцать совещаний с юными литературными дарованиями, которые приезжают к нам не только со свей страны, но из СНГ. Это позволяет нам готовить потенциальных абитуриентов и студентов (некоторые из них уже заканчивают институт), которые целенаправленно работают и сознательно делают свой выбор, поступая в наш институт. Конкурс у нас сохраняется большой, по среднему баллу ЕГЭ мы входим в первую десятку вузов страны. Вот лишь некоторые контуры нашего будущего, исходящие из нашего прошлого и настоящего. Взаимодействие в учебном процессе творчески одарённой молодёжи, известных писателей-мастеров и среды памятного места, связанного с крупными литературными именами, превращает наш уникальный вуз в своеобразное единство и средоточие исторического наследия и современного живого, напряжённого творческого развития.

3. Только в Литературном институте есть кафедра художественного перевода. В чем ее особенности и весом ли ее вклад в развитие межкультурного диалога?

Действительно, перевод с иностранных языков (письменный, устный, военный, технический, синхронный) практикуется в целом ряде вузов, но перевод именно художественной литературы как своеобразное отделение и направление существует только в Литинституте. Перевод художественной литературы требует особого подхода, хорошего знания не только теории и истории этого вида деятельности, страноведения и т.д., но и тонкостей русского языка, разных систем образности в том или ином языке и их соотношения и многого другого. Этому помогают профессионалы мирового уровня, трудящиеся в Литинституте. Такие как Евгений Солонович (переводчик итальянской литературы, лауреат многих итальянских и русско-итальянских премий), Виктор Голышев (президент Гильдии переводчиков), чьи переводы английской литературы стали классическими, к сожалению, совсем недавно ушёл из жизни Александр Ревич (высококлассный переводчик французской литературы, лауреат Госпремии). У нас работают замечательные мастера своего дела Валерий Модестов, Владимир Бабков, Наталья Мавлевич, Анна Ямпольская, наша выпускница Мария Зоркая. Что касается вклада кафедры художественного перевода в развитие межкультурного диалога, то он очень весом. Благодаря её преподавателям Литинститут плодотворно развивает свои международные связи с университетами Италии, Германии, Англии, Ирландии, Франции, организует совместные конференции, проводит обмен студентами и преподавателями на паритетных основах, создаёт программы для их стажировки и т.п. Показательным примером российско-итальянского межкультурного диалога может служить динамично и успешно развивающийся вот уже четыре года российско-итальянская премия «Радуга», учреждённая итальянской ассоциацией «Познаём Евразию» и Литературным институтом им. А.М. Горького. Присуждение такой ежегодной премии для молодых писателей и переводчиков – особое и перспективное событие в литературной жизни России и Италии. Оно вносит свой вклад в укрепление культурных связей между нашими народами, сохранение и развитие подлинного творчества в эпоху деградации истинных эстетических ценностей. Премия «Радуга» стимулирует, как показал опыт, творчество тех молодых авторов в России и Италии, которые не соблазняются быстрым успехом во временно популярных тенденциях и целенаправленно стремятся совершенствовать свое письмо на далеко не лёгких путях. В наших планах также намечено хотя бы частичное восстановление того переводческого направления, которое связано с языками стран СНГ и народов России и которое до распада Советского Союза вело полномасштабную работу.

4.   С каждым днем все больше женщин входит в литературу. На Ваш взгляд, чье влияние сегодня наиболее сильное в литературе — мужское или женское?

Вы знаете, я не стал бы делить литературу по гендерному принципу. Подлинное искусство, остающееся в большом времени, имеет свои особые основания и признаки. И если смотреть исторически, то в таком времени произведения женщин занимают своё место, но не преимущественное. Думается, в настоящем и будущем в данном соотношении мало что изменилось и изменится. Что же касается беллетристики, массовой литературы и т.п., то здесь женское влияние, несомненно, расширяется.

5. Каковы Ваши творческие принципы?

Один из главных творческих принципов заключается в том, чтобы рассматривать, и описывать исторические, культурные, идеологические, политические, бытовые и иные процессы и явления сквозь антропологическую призму, через тайну личности. Другими словами, раскрывать как бы невидимые переходы и связи между своеобразием общественного «организма» и человеческой «психологией», между господствующими тенденциями социальной активности и духовной невыделанностью (или выделанностью, что реже) личности. В «Герое нашего времени» Лермонтов замечал, что история души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее истории целого народа. В этом высказывании содержится мысль об определённой равновеликости и как бы невидимом двустороннем взаимодействии личности и общества. Отражая и фокусируя в своём сознании социальные явления, события, закономерности, «живой человек» вместе с тем сам активно творит их, накладывая на них неизгладимый отпечаток неизбывных противоречий своего внутреннего мира, коренных противоречий своей природы. Что это за химера человек? – вопрошал несколько веков Паскаль. Судья всех вещей, хранитель истины, с одной стороны, ничтожный земляной червь, сточная яма сомнений и ошибок, с другой, слава и хлам вселенной. Кто разберёт эту путаницу? Неискоренимая двойственность человеческой природы, соединяющей в себе, если воспользоваться строками Державина («Я царь, я раб, я червь, я бог») царские (любовь, совесть, милосердие, свободолюбие, справедливость, самоотверженность, достоинство) и рабские (гордыня, тщеславие, зависть, алчность, сребролюбие, сластолюбие, самолюбие, мстительность) начала создаёт в их таинственном слиянии, в многообразном перемешении решений, событий и поступков всегда противоречивые картины мира, в которых добро и зло связаны в тесный узел, а постоянно взлетающий на духовную высоту человек с таким же постоянством шлёпается в грязь. И задача писателя, исследователя и вообще всякого мыслящего человека заключается, на мой взгляд, в том, чтобы в любом индивиде или явлении, за декорациями внешних событий точно определить, какая, «царская» или «рабская», доминанта лежит в основе их своеобразия. Это внимание к происходящему, на первичном духовно-нравственном уровне позволяет должным образом оценивать содержание и смысл личных и общественных отношений между людьми, событий в социально-политической или культурной сферах, определять иерархию ценностей, которые руководят помыслами и поступками тех или иных индивидов, определить, на какие, тёмные или светлые, стороны человеческой души опирается разные явления жизни. И от качества этих «внутренних» ценностей, от их высоты и значительности (или, напротив, низменности и ничтожности) зависит «внешний» выбор личного и социального поведения, истинное качество, подлинная перспектива и конечная судьба всякого идейного и общественного новаторства. Отсюда вытекает ещё один творческий принцип – подлинной правдивости или «высшего реализма» (термин Достоевского), когда не приходится удивляться, что хотели как лучше, а получится как всегда.

6. Борис Николаевич, существуют статистические данные, что большая часть писателей рассказывают о несчастьях, страдания, о негативном опыте. Это касается не только таких жанров как «нуар», триллер, детектив, но хорошей серьезной прозы. Почему, на Ваш взгляд, позитивная литература не популярна ни среди писателей, ни среди читателей?

В ответе на Ваш вопрос можно сослаться на Достоевского, мнение которого трудно не разделить. О чрезвычайной сложности изображения «положительно прекрасного» вообще, а в современную ему эпоху, когда все, напротив, складывалось «как бы с целью исключить в человеке всякую человечность», когда «все проедены самолюбием», в частности говорил он в одном из писем: «Труднее этого нет ничего на свете, а особенно теперь. Все писатели, не только наши, но даже все европейские, кто только ни брался за изображение положительно -прекрасного — всегда пасовал. Потому что эта задача безмерная. Прекрасное есть идеал, а идеал — ни наш, ни цивилизованной Европы еще далеко не выработался». О той  же сложности свидетельствует и его дневниковая запись: «Как требовать от литературы нашей идеала положительного?.. Возможнее рисовать реальные фигуры страдальцев от внутреннего недоумения. Увы я всю жизнь писал это». К тому же писательское и читательское восприятие жизни в нашей несовершенной человеческой природе «скучает» от «положительно прекрасного» и как бы завораживается бессознательно негативным опытом, что и воплощается в художественном творчестве.

7. Как вам удается совмещать работу ректора и писать книги?

Вы знаете, труд ректора, особенно в период общественных и образовательных перемен, поглощает всё рабочее и нерабочее время. И писать по-настоящему новые книги, замыслы и планы которых созрели и требуют воплощения, никак не удаётся. То, что публиковалось в последнее и будет обнародовано в ближайшее время, — это либо переиздания, либо основано на прежних заготовках и остаточном материале, писалось урывками в выходные дни. Например, книги прошлого года «Тайна человека» и тайна истории (непрочитанный Чаадаев, неузнанный Тютчев, неуслышанный Достоевский)» и «Феномены западной культуры Нового времени в контексте антропологических периодов Возрождения и христианской мысли». Сейчас на выходе книга «Куда движется история? (метаморфозы людей и идей в свете христианской традиции)» и «Достоевский и современный мир».

Анастасия Чернова

Анастасия родилась в Москве

Читайте также: